Бирмингем XIX века редко ассоциируется с тишиной. Это город металла, фабрик, дыма и промышленного шума. Именно здесь промышленная революция превратила Англию в «мастерскую мира», а сам город — в один из центров новой урбанистической эпохи. И, казалось бы, в таком месте человек должен был бы думать преимущественно про уголь, прибыль и очередной патент на усовершенствованный механизм. Но посреди этой механической реальности возникла странная и почти парадоксальная вещь — витражи, как бы отрицавшие сам дух индустриального времени.
В Бирмингемском соборе, более известном как собор Святого Филиппа, сохранились четыре знаменитых витража Эдварда Берн-Джонса, созданных в мастерской Уильяма Морриса в конце XIX века. Они считаются одними из лучших образцов викторианского витражного искусства в мире. И это немного иронично: одни из самых поэтичных произведений британского сакрального искусства родились именно в городе, который большинство людей до сих пор представляет себе как сплошной лес фабричных труб. Более подробно об этом можно прочитать на birmingham-future.com.
От средневекового света до викторианского стекла
Первые технологии производства цветного стекла существовали еще в античном мире — у римлян и жителей Ближнего Востока. Правда, тогда речь шла скорее о декоративных вставках или небольших цветных элементах. Полноценный витраж как часть архитектуры сформировался значительно позже, примерно в раннем средневековье, когда христианские храмы начали превращаться не просто в места молитвы, а в сложное пространство символов.
Но настоящий расцвет искусства витражей начался в XII веке во Франции. Именно там готическая архитектура фактически «открыла» стену для света. Если романские храмы были тяжелыми и массивными, то готика вдруг решила, что камень может не быть главным. Аркбутаны, стрельчатые арки и новые конструктивные решения позволили делать огромные окна, которые и начали заполнять цветным стеклом. Идея была довольно амбициозной: свет в храме должен был символизировать присутствие Бога.
Одним из самых известных центров раннего витражного искусства стал Chartres Cathedral, где значительная часть средневековых витражей сохранилась до наших дней. Именно французская готическая традиция стала основой для дальнейшего распространения витражей по Европе.
В Англию эта мода пришла довольно быстро — вместе с готической архитектурой после нормандского завоевания. Уже в XII–XIII веках в английских соборах стали активно использовать цветное стекло, хотя местная традиция постепенно становилась более сдержанной, чем французская.
Но реформация XVI века, гражданские войны, пуританство и традиционная британская склонность время от времени радикально «наводить порядок» в храмах привели к уничтожению огромного количества средневековых витражей. Часть была разбита, часть — продана, а часть просто исчезла вместе с перестройками церквей.
И именно поэтому XIX век стал для Англии эпохой великого возрождения витражей. Викторианская эпоха вдруг решила, что средневековье было не таким уж плохим. На волне неоготики британские архитекторы, художники и ремесленники начали возрождать старые техники. Так появляются мастерские, которые превращают витраж уже не только в церковный элемент, а в отдельный вид искусства.
Как барочная церковь стала полотном для витражей
Одним из самых известных витражей Бирмингема является витраж Бирмингемского собора. Его история началась гораздо скромнее, чем можно было бы ожидать от одного из главных храмов этого великого британского города. В начале XVIII века Бирмингем еще не был индустриальным гигантом — скорее быстрорастущим торгово-ремесленным центром, которому уже становилось тесно в пределах старых приходов. Именно поэтому в 1709 году здесь начали строительство новой церкви Святого Филиппа по проекту английского архитектора Томаса Арчера.
Интересно, что собор, который сегодня ассоциируется с викторианскими витражами и прерафаэлитами, изначально был довольно скромной, сдержанной барочной церковью.
Статус собора храм получил лишь в 1905 году, когда была создана отдельная Бирмингемская епархия. Дело в том, что XIX век принес Бирмингему фабрики, железные дороги, новые кварталы и огромный прирост населения.
К тому же викторианское общество, уставшее от машинного однообразия, вдруг открыло для себя средневековье. И хотя сам собор Св. Филиппа не был готическим собором, идея добавить к нему витражи выглядела вполне логичной: храму не хватало того эмоционального и визуального эффекта, который уже стал почти обязательным для сакральной архитектуры XIX века.
В 1880-х годах к работе над витражами привлекли Эдварда Берн-Джонса — уроженца Бирмингема и одного из самых известных художников прерафаэлитского круга. Изготовлением занималась мастерская Уильяма Морриса, которая к тому моменту уже фактически стала символом британского движения «Искусства и ремесла».
Берн-Джонс разрабатывал композиции и фигуры, а мастерская Морриса отвечала за техническую реализацию, цветовую гамму и непосредственное изготовление стекла. В результате витражи стали не просто частью интерьера, а почти отдельной системой восприятия пространства. Они меняли атмосферу собора в зависимости от погоды, времени суток и даже британского солнца, которое, будем честны, не так уж часто балует Англию своим присутствием.
Демонтаж витражей во время Второй мировой войны
Когда ныне смотришь на прекрасные витражи Бирмингемского собора, в это трудно поверить, но они вообще могли не дожить до XXI века. И на этот раз дело не в викторианской моде, смене архитектурных вкусов или очередной британской реформе. Наибольшую угрозу для них представляла Вторая мировая война.
После начала немецких бомбардировок в британских городах очень быстро поняли, что война пагубно сказывается на историческом наследии. Особенно на том, что очень хрупко и состоит из тонкого цветного стекла. Бирмингем, как один из главных промышленных центров Великобритании, был вполне очевидной целью для Люфтваффе.
Именно поэтому ещё в начале войны в соборе Св. Филиппа было принято решение демонтировать знаменитые витражи Эдварда Берн-Джонса. Идея была довольно прагматичной: если оставить их на месте, первая серьезная взрывная волна превратит викторианский шедевр в несколько тысяч цветных осколков. Как показало время, решение было верным. Оно позволило буквально спасти шедевры декоративно-прикладного искусства.
Процесс демонтажа был сложным и требовал ювелирной точности. Каждый элемент нужно было аккуратно снять, промаркировать, упаковать и перевезти в безопасное место. Фактически витражи временно «разбирали», чтобы дать им шанс пережить войну. И это решение оказалось абсолютно верным.
После войны: счастливое возвращение шедевров
Как известно, во время бомбардировок Бирмингема город подвергся серьезным разрушениям. Немецкие бомбардировки 1940–1943 годов повредили тысячи зданий, а центр города местами выглядел как пространство сплошных руин.
Кстати, пострадал и собор Св. Филиппа — взрывы повредили здание, вылетело обычное стекло, более того, часть интерьера нуждалась в восстановлении. Но главное событие произошло раньше: витражи демонтировали, их там уже не было.
И только после окончания войны витражи Берн-Джонса вернулись на свои места в качестве напоминания не только о промышленном, но и культурном Бирмингеме.
Источники: